Речи

(XI, 25) Но это относится к прошлому, а вот недавнее обвинение: Цезарь будто бы был убит по моему наущению40. Боюсь, как бы не показалось,
отцы-сенаторы, будто я - а это величайший позор - воспользовался услугами
человека, который под видом обвинения превозносит меня не только за мои, но
и за чужие заслуги. В самом деле, кто слыхал мое имя в числе имен
участников этого славнейшего деяния? И, напротив, чье имя - если только
этот человек был среди них - осталось неизвестным? "Неизвестным", говорю я?
Вернее, чье имя не было тогда у всех на устах? Я скорее сказал бы, что
некоторые люди, ничего и не подозревавшие, впоследствии хвалились своим
мнимым участием в этом деле41, но действительные участники его нисколько не
хотели этого скрывать. (26) Далее, разве правдоподобно, чтобы среди
стольких людей, частью незнатного происхождения, частью юношей, не
считавших нужным скрывать чьи-либо имена, мое имя могло оставаться в тайне?
В самом деле, если для освобождения отчизны были нужны вдохновители, когда
исполнители были налицо, то неужели побуждать Брутов42 к действию пришлось
бы мне, когда они оба могли изо дня в день видеть перед собой изображение
Луция Брута, а один из них - еще и изображение Агалы? И они, имея таких
предков, стали бы искать совета у чужих, а не у своих родных и притом на
стороне, а не в своем доме? А Гай Кассий? Он происходит из той ветви рода,
которая не смогла стерпеть, уже не говорю - господства, но даже чьей бы то
ни было власти43. Конечно, он нуждался во мне как в советчике! Ведь он даже
без этих прославленных мужей завершил бы дело в Киликии, у устья Кидна,
если бы корабли Цезаря причалили к тому берегу, к какому Цезарь намеревался
причалить, а не к противоположному44. (27) Неужели Гнея Домиция побудила
выступить за восстановление свободы не гибель его отца, прославленного
мужа, не смерть дяди, не утрата высокого положения45, а мой авторитет? Или
это я воздействовал на Гая Требония46? Ведь я не осмелился бы даже давать
ему советы. Тем большую благодарность должно испытывать государство по
отношению к тому, кто поставил свободу римского народа выше, чем дружбу
одного человека, и предпочел свергнуть власть, а не разделять ее с Цезарем.
Разве моим советам последовал Луций Тиллий Кимвр47? Ведь я был особенно
восхищен тем, что именно он совершил это деяние, так как я не предполагал,
что он его совершит, а восхищен я был по той причине, что он, не помня об
оказанных ему милостях, помнил об отчизне. А двое Сервилиев - назвать ли
мне их Касками или же Агалами48? И они, по твоему мнению, подчинились моему
авторитету, а не руководились любовью к государству? Слишком долго
перечислять прочих; в том, что они были столь многочисленны, для
государства великая честь, для них самих слава.

Страница: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169